За пять рабочих дней с 14 по 15 января коллегия судей Малиновского суда успела заслушать материалы, собранные в 34 томах. Это ровно половина всех документов. Процесс идет так стремительно, потому что и приобщают, и изучают материалы одновременно. Прокуроры подробно останавливаются на документах, которые доказывают те или иные эпизоды обвинения, остальные просто пролистывают. Такое решение было принято на заседании 14 января, и некоторыми журналистами это было расценено как намерение судей как можно быстрее рассмотреть резонансное дело, чтобы оно не попало в руки их суровых коллег из Антикоррупцинного суда, который может быть создан уже к лету этого года.

Странно, что оба прокурора САП – Валентин Мусияка и Максим Кравченко – согласились с таким способом изучения доказательств. Теперь при каждом удобном случае сторона защиты обвиняет их в затягивании оглашения материалов и нарушении разумных сроков. Так было на заседании 16 января, когда приобщались тома с протоколами обыска в здании Одесского городского совета, Управления капстроительства, Департамента коммунальной собственности. Это не только сами протоколы, но и длинный перечень изъятых вещей и документов. Во время оглашения последнего протокола адвокат Константин Дорошенко заявил, что прокуроры занимаются саботажем – слишком долго читают документы или читают их по несколько раз, или читают документы, которые не имеют прямого отношения к делу. Прокурор Валентин Мусияка был вынужден заявить ходатайство, чтобы суд позволил огласить полный текст документов, собранных следователями во время обыска в Департаменте коммунальной собственности.

Кроме того, на этих заседаниях не велась прямая видеотрансляция заседаний. В пресс-релизе Малиновского суда это было объяснено так: дескать, из-за изменения с 1.01.2019 г. законодательства теперь суд обязан фиксировать заседание на видео, а у него нет технической возможности проводить видеозапись одновременно с трансляцией в сети Интернет. Также 14 января 2019 на заседании с согласия всех участников процесса было принято решение о приостановлении онлайн трансляции – для соблюдения требований ст. 346 УПК Украины (запрет присутствии свидетелей в зале судебного заседания). При этом суд не ограничивает СМИ в праве делать видео запись заседаний.

Непонятно, зачем в официальном документе суда упоминать техническую невозможность, если было принято решение до дебатов трансляцию приостановить. Юридически это обосновано, хотя не всегда суды придерживаются этого правила. Например, в Приморском суде видеотрансляция заседаний по резонансному делу об убийстве ребенка в с. Лощиновка ведется даже во время допроса свидетелей.

Я не вижу логики в этом запрете в эпоху гласности и открытости судебного процесса. Уже сейчас видео всех заседаний, сделанных мною, можно увидеть на канале ютуб “Моніторинг судових засідань у справах НАБУ-САП”

Такая двойственность суда по поводу открытости и гласности процесса проявляется и в отношении журналистов. С самого начала процесса на заседания, как по разнарядке, приходит несколько десятков человек. Они четко делятся на две группы: коротко стриженые мужчины в гражданской одежде, очевидно, хорошо знакомые с обвиняемыми. Во время заседаний они ведут переписку, хихикают над мемами или просто спят. Приходят пораньше, в зал заседаний их почему-то пускают вместе с участниками процесса – журналистам разрешено в это время только поставить камеры, но занять дефицитное место на лавке им нельзя. Смешливые “вольные слушатели” занимают второй ряд – сразу за обвиняемыми Спектором и Радионовым, которые сидят в первом ряду за столом. Третий, четвертый и пятый ряд занимают женщины, которые после заседаний ходят стайкой за городским головой и агрессивно ведут себя по отношению к журналистам, пытающимся задать неудобный для Труханова вопрос.

У этих людей есть четко отработанная тактика: пока одни выходят из зала, чтобы поесть или покурить, другие бегут через зал, чтобы занять их место. Все это ради одного: не дать возможности журналистам и независимым наблюдателям работать сидя.

18 января, через месяц после начала процесса, суд наконец обратил внимание на то, что нарушается ч. 2 ст. 328 УПК Украины: близкие родственники и члены семьи обвиняемых и потерпевших, а также представители СМИ имеют приоритетное право присутствовать на заседаниях. Председатель коллегии Сергей Черевко потребовал от любителей мэмов на следующем заседании освободить места во втором ряду для журналистов и почему-то общественников (которые вообще не упоминаются в ч. 2 ст. 328 УПК Украины).

Будет ли выполнено это требование, мы увидим уже сегодня. В 11.30 начнется следующее заседание.

Хочу напомнить, что принцип публичности и гласности – одно из основополагающих правовых требований к ведению судебного процесса.  Он закреплен п. 6 ст. 129 Конституции Украины и ст. 27 УПК Украины.Положения данного принципа также отражены в ст. 6 Европейской конвенции по правам человека “Право на справедливый суд”.

P.S. Как и следовало ожидать, распоряжение Сергея Черевко выполнено. Все агрессивно-смешливые мужчины опять заняли первые ряды и на вопрос председателя коллегии, кто они такие, дружно подняли аж одну “корочку” члена какой-то общественной организации. Сергея Черевко это вполне удовлетворило. И про гласность поговорил, и Труханова не обидел.

Татьяна Герасимова.